pic
pic
© Фото: http://depositphotos.com/

Металлическая вода восточного Байкала

Неожиданные результаты были озвучены на итоговой пресс-конференции «Байкальской экспедиции»-2017. В дельте реки Селенга было выявлено около десятка посторонних веществ. Большинство из них — металлы…

Большое мероприятие прошло в Иркутске, в библиотеке им. Молчанова-Сибирского в понедельник 27 ноября, и заняло весь день. Для этих целей экологам отдали основные конференц-площадки центральной общественной библиотеки города. Все участники экспедиции проводили мастер-классы, отвечали на вопросы журналистов и активной общественности, презентовали свои проекты — в частности, впервые публично была представлена дизайнерская бумага из спирогиры

Но самым ярким оказалось выступление московского учёного Михаила Колобова (МГУ), который озвучил результаты анализа проб воды. По сути, это была сенсация — экспедиция, созданная для мониторинга развития сине-зелёной водоросли в прибрежной зоне, обнаружила ещё один вид загрязнения — не антропогенный, а промышленный. В байкальской воде обнаружены повышенные концентрации тяжелых металлов. Обо всем по порядку.

Куда движется спирогира

В ходе пресс конференции один из основных координаторов проекта, Марина Рихванова, сообщила, что сегодня здесь собрались не только экологи и учёные, но и неравнодушные иркутяне, а также приехали жители многих населённых пунктов берега Байкала. По её словам, основная идея «Байкальской экспедиции» состоит в том, что мы все вместе можем заботиться о Священном озере. Участник проекта, президент Фонда «Возрождение Земли Сибирской» Елена Творогова с неудовольствием отметила, что сложилась парадоксальная ситуация: Байкал является всемирным наследием, все хотят его сохранять и заботиться, но когда дело доходит до конкретных проблем и направлений, ответственных за них лиц найти невозможно.

- Именно в этом состоит наша миссия, — отметила Елена Творогова. — Мы находим такие прорехи в распределении обязанностей по охране Байкала и «штопаем» их: обращаемся за содействием к чиновникам, создаём общественные проекты.

Фото
 
Общественно-научный проект «Байкальская экспедиция» создан в 2012 году — первая прошла в ноябре того же года. С тех пор проект стал ежегодным. Он был создан с целью «исследования состояния экосистемы Байкала, проведения общественного экологического мониторинга и изменения образа жизни на берегах Байкала», говорится в пресс-релизе. Но главным врагом и основной целью проекта всегда была спирогира, сине-зелёная водоросль, которая сама по себе не является загрязнителем озера, но служит индикатором массовых сбросов фосфорсодержащих удобрений и синтетических моющих средств, которыми она питается. 

Так было до прошлого года. Участник прошлогодней экспедиции Олеся Ильина, организатор проекта «Берега России», рассказала, что активисты прошли 60% побережья Байкала на катамаранах, то есть весь западный берег — от Иркутска до Северобайкальска, потом спустились через Ушканьи острова до Турки. Что искали — то и нашли: около десяти точек массового развития спирогиры в открытой части озера, и все они были связаны с местами антропогенного воздействия — проще говоря, рядом с населёнными пунктами.

Больше других загрязнены Листвянка и Слюдянка. И популярные туристические места, такие как бухта Ая, где источником загрязнения являются суда, туристические корабли: два-три больших круизных судна в день, то есть до пятидесяти человек, и все отходы сбрасывают только в воду. «Логично, что мы обнаружили мощный слой спирогиры вдоль всего мелководья. Самое большое загрязнение — в Северобайкальске», — говорит активистка.

- Нужно помнить, что спирогира собственно не загрязняет озеро — это всего лишь индикатор, отражение процессов, происходящих в озере, — подключается к разговору Михаил Колобов, старший научный сотрудник кафедры гидробиологии МГУ. В этом году он впервые принял участие в экспедиции.

- На месте сбросов может ведь развиться другая форма водорослей — например, клодофора, зелёная водоросль. Спирогиры больше всего потому, что быстро реагирует — у них ведь тоже конкуренция. Даже самой спирогиры много видов.

В июне и июле учёные прошли вдоль восточного побережья, замыкая круг маршрута прошлогодней экспедиции, — исследования проводились в Листвянке, Танхое, Бабушкине, Усть-Баргузине, на Ушканьих островах, в Малом море и на Ольхоне.

- Мы провели анализ гидрохимической обстановки, выявляли загрязнение микропластиком воды и грунта, собирали пробы для последующего генетического анализа — сейчас они отправлены в Москву, коллегам ГосНИИ «Генетика» и в Московский физико-технологический институт. В экспедиции также принимали участие сотрудники Главного исследовательского центра питьевой воды — они провели качественный анализ проб. Также наблюдения береговой линии велись с квадрокоптера, чтобы оценить ситуацию на небольшой глубине.

 

Как в байкальскую воду попали металлы

По словам Михаила Колобова, в некоторых местах вода Байкала очень сильно загрязнена металлами и органикой. Особенно сильно это заметно на восточном побережье озера.

Все говорят про спирогиру, а в результате наших исследований могут выявиться совсем другие источники загрязнения. Их причины — основной сток с Селенги после рудных разработок, где ведётся добыча полиметаллических руд. Оттуда токсические металлы смываются в Байкал

Михаил Колобов

Что это за «токсические металлы»?

Это токсиканты второй группы опасности — медь, цинк, свинец. Также присутствуют силикат, кобальт и некоторые радиоактивные элементы. На радиоактивность замеры проводились, они меньше нормы в десятки раз, но то, что они есть, указывает на то, что где-то что-то копают. Например, при золотодобыче благородный металл выбрали, а всё остальное смыли в Селенгу и эти вещества выносятся течением в Байкал. Участникам экспедиции удалось чётко отследить «хвост» силиката (проще говоря — песка) и радиоактивных элементов, который попадает в Байкал с Селенги, тянется вдоль восточного побережья и так попадает в Ангару и на Малое море. На Усть-Баргузине характерно присутствие калия и аммиака. Калий — это показатель сбросов от деревообрабатывающей промышленности. А аммиак — признак свежих процессов гниения, разложения органического вещества.

- Так все-таки, можно ли определить, насколько содержание в воде металлов превышает предельно-допустимую концентрацию?

- Есть несколько норм ПДК — для воды, которой моются или поливают огород, для питьевой воды. ПДК — это уровень концентрации вещества, который не оказывает токсического воздействия на организм в течение длительного времени. Но есть ПДК для рыбохозяйственных водоёмов, и уровень допустимой концентрации в ней установлен в десять раз меньше, чем для воды для питья. Оно рассчитывается из того влияния, которое вещество оказывает на самое слабое звено экосистемы — на фитопланктон. Уровень меди, который человеку не причинит вреда, для эпишуры, основной кормовой базы на Байкале, оказывается смертелен. Она вызывает отравления организмов, у которых дыхательный пигмент — на основе меди, а не железа, как гемоглобин у человека. Поэтому медь у них вызывает смерть от удушья.

По словам учёного, Байкал и сегодня остаётся чистейшим в мире озером, но в последнее время в нём всё чаще отмечаются процессы, которых раньше никогда не было, которые угнетают экосистему. Именно на отслеживание и привлечение внимания общества и государства к этим процессам и направлена деятельность «Байкальской экспедиции».

РАССКАЗАТЬ ДРУЗЬЯМ
Читайте также
pic

В Иркутске состоялась первая встреча экологических консультантов и участников экологического рейтинга туристической инфраструктуры на Байкале.

pic

Кто такой снежный баран, почему ученые спорят из-за манула и как охраняют красавца-ирбиса: об этом и многом другом — в нашем эксклюзивном интервью.

pic

Завершается летний период пятого года работы общественно-научного проекта «Байкальская экспедиция». Благодаря этому общественному движению, а также союзу общественных активистов и ученых, удалось сделать всемирно известной вредную водоросль спирогиру.