«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»
© Фото: Первый Байкальский
9 августа 2022

«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»

Зачем космонавты приклеивают еду? Как чай помог найти трещину на МКС? Когда человек полетит на Марс? Иван Вагнер, 123-й космонавт России встретился с иркутянами и ответил на самые разные вопросы

Космонавт Иван Вагнер два года назад совершил полугодовой полет на борту Международной космической станции. Он провел на орбите Земли 195 суток 18 часов 49 минут. Кстати, командиром корабля «Союз МС-16» в той экспедиции выступал Анатолий Иванишин – космонавт из Иркутска, побывавший за пределами Земли уже трижды. Иван Вагнер был первым бортинженером экипажа, астронавт НАСА Кристофер Кэссиди – вторым. 

Недавно Иван Викторович приезжал в Иркутск. В Большом иркутском планетарии он рассказал о космической «кухне» и ответил на многочисленные вопросы. 

Иван Вагнер родом из Архангельской области. Он попал в отряд космонавтов в 2011 году и почти десять лет готовился к первому полету
Иван Вагнер родом из Архангельской области. Он попал в отряд космонавтов в 2011 году и почти десять лет готовился к первому полету
Экипаж экспедиции МКС-62 (в синей форме) передает командование следующему составу. В голубой форме: командир экипажа МКС-63, иркутянин Анатолий Иванишин (по центру), бортинженер Иван Вагнер, астронавт NASA Кристофер Кэссиди. Фото: Роскосмос
Экипаж экспедиции МКС-62 (в синей форме) передает командование следующему составу. В голубой форме: командир экипажа МКС-63, иркутянин Анатолий Иванишин (по центру), бортинженер Иван Вагнер, астронавт NASA Кристофер Кэссиди. Фото: Роскосмос

– Чем занимаются космонавты полгода на МКС?

– Изначально Международная космическая станция – это такая большая лаборатория на орбите Земли, в которой есть уникальные условия невесомости. Мы ставим различные научные эксперименты. Основные направления: исследования человека в космосе, биологические, технические, физические эксперименты, исследование Земли и ее атмосферы из космоса, наблюдение за катаклизмами, ледниками, облаками. Во время полета я, например, проводил эксперимент – исследование порога болевой чувствительности в невесомости. 

– Он оказался выше или ниже?

– Он ниже, то есть в космосе мы чувствительнее. Я держал термощуп, он нагревался, надо было отпустить, когда станет некомфортно. Потом эти данные сравнивались с измерениями, сделанными на Земле. 

– Занимаются ли космонавты спортом? 

– Да, два часа в день, чтобы по возвращению на Землю наше сердечно-сосудистая система и мышцы выдержали условия гравитации. Для этого у нас на станции есть беговая дорожка и тренажеры.

– Убираются ли космонавты на станции? 

– Каждую субботу. Делаем влажную уборку и пылесосим. При этом мы перемещаемся по стенам и потолку, цепляясь ногами за разные поручни. Как человек-паук. 

– А что по поводу запахов на станции? 

– Есть система, которая чистит воздух и поглощает микропримеси. Неприятных запахов нет, просто затхлый воздух, как будто спустился в подвал или помещение, которое давно не проветривали. 

– Как за полгода не сойти с ума в закрытом пространсте? 

– Достаточно посмотреть в иллюминатор – и все у тебя хорошо. Так мы психологически разгружаемся. Если на станции не выглядывать в иллюминатор, то создается ощущение, что вы живете и работаете в гараже. Полгода.

На протяжении всей экспедиции Иван Вагнер много занимался фотосъемкой (это входило в его служебные обязанности) и привез сотни удивительных кадров. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
На протяжении всей экспедиции Иван Вагнер много занимался фотосъемкой (это входило в его служебные обязанности) и привез сотни удивительных кадров. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Для съемки космонавту приходилось выключать свет в модуле и надевать на фотоаппарат специальный «фартук», чтобы не было засветки и бликов. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Для съемки космонавту приходилось выключать свет в модуле и надевать на фотоаппарат специальный «фартук», чтобы не было засветки и бликов. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Багамские острова. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Багамские острова. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
А так выглядит Иркутск из космоса. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
А так выглядит Иркутск из космоса. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Полярное сияние, снятое с Международной космической станции. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Полярное сияние, снятое с Международной космической станции. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Фудзияма, стратовулкан на японском острове Хонсю в 90 км от Токио. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Фудзияма, стратовулкан на японском острове Хонсю в 90 км от Токио. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Крупнейший солончак в мире, Уюни. Это высохшее озеро на юго-западе Боливии. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Крупнейший солончак в мире, Уюни. Это высохшее озеро на юго-западе Боливии. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Стыковка грузового корабля HTV-9. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Стыковка грузового корабля HTV-9. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Вулканы Камчатки. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Вулканы Камчатки. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Рассвет. Космонавты на МКС каждый день наблюдают по 15-16 восходов и закатов Солнца. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос
Рассвет. Космонавты на МКС каждый день наблюдают по 15-16 восходов и закатов Солнца. Фото: Иван Вагнер, Роскосмос

– Как спят космонавты? 

– В каютах в спальных мешках, которые привязываются к стенке, чтобы ночью мы никуда не улетели. Можно привязать к потолку, полу, стене – в невесомости это неважно. Залезли в мешок, включили наушники (потому что шум на станции постоянно) и уснули. 

– Как на МКС организована система возобновления ресурсов? 

– Во-первых, мы собираем весь конденсат. Человек за счет дыхания и испарения выделяет влагу, причем немало, 1,5 литра в день с человека. Она собирается, проходит через систему очистки и превращается в питьевую воду. Во-вторых, скоро будет введена система регенерации воды из урины, гарантированно можно вернуть 78% объема. Мы как раз отрабатывали эту установку в ходе экспедиции, удалось собрать более двух ведер дистиллята из урины. Сначала получается техническая вода получается, потом мы подключаем ее к системе регенерации, и она превращается в питьевую. Установка хорошая, перспективная, осталось наладить ее работу в невесомости.

– Куда выбрасывают мусор с МКС?

– Мы его упаковываем достаточно плотно, герметично и помещаем на корабль «Прогресс». Это грузовой корабль, который доставляет на станцию вещи, еду, воду, топливо. Мусор может храниться там до полугода. Затем корабль расстыковывается от МКС, улетает и полностью сгорает в атмосфере – возвращать его на Землю было бы слишком дорого.

– Космонавты едят из тюбиков? 

Обычный обед космонавта. Греческий салат (справа), клюквенный сок, хлеб, консервы. «Выглядит не так аппетитно, как на Земле, но по вкусу все так же», – уверяет Иван Вагнер.
Обычный обед космонавта. Греческий салат (справа), клюквенный сок, хлеб, консервы. «Выглядит не так аппетитно, как на Земле, но по вкусу все так же», – уверяет Иван Вагнер.

– Нет, сегодня нет тюбиков, в них остались только соусы. На станции есть сублимированная еда, хлеб в вакуумных пакетах и консервы. Сублимированная еда – это обычная приготовленная еда, которая помещается в вакуумную камеру при отрицательных температурах, оттуда вода полностью удаляется, остается сухой остаток, который складывается в вакуумный пакет. Это и есть сублимат. На станции мы заправляем его горячей водой, он постепенно восстанавливается и можно есть. Хлеб специально маленькими кусочками нарезан, чтобы не крошился и не разлетался по станции (эти крошки потом могут попасть в дыхательные пути). По всему столу у нас расклеен скотч, чтобы крепить еду. Иначе все улетит. 

Мы настолько привыкли к этому дизайну стола, что решили: после возвращения, когда пойдем в кафе или ресторан, обязательно попросим официанта наклеить нам скотч на стол.  

– Как формируется меню? Чего не хватало в космосе?

– Больше всего хотелось копченого сала. По себе заметил, что хочется больше острого, кислого, сладкого, потому что вкусы в космосе немного притупляются.  Все меню мы дегустируем перед стартом, примерно за полгода, выбираем продукты, которые нам больше всего нравятся, из них формируется бонусный контейнер. Вся остальная раскладка типовая, одинаковая для всех. 

– Во время вашего полета были внештатные ситуации?

– Мелкие случаются постоянно. Из серьезных у нас, например, произошла разгерметизация станции, мы искали утечку в течение месяца. Американский ультразвуковой течеискатель не работал, слишком маленькая трещина.

Нашли утечку на МКС мы очень нестандартным способом – с помощью чая. Разорвали пакетик чая, разбросали по камере. Через сутки мы увидели, как чаинки скопились вокруг трещины. 

– Как вы думаете, куда мы быстрее попадем: на Марс или на Луну?

– На Марс – нереально. Сегодня это дорога в один конец. При тех возможностях, которые есть, лететь в одну сторону 250 суток. Кроме того, огромная радиация. Например, МКС находится под магнитными поясами, она защищена. И тем не менее, уровень радиации, который мы [космонавты] получаем, в сто раз выше, чем на поверхности Земли. При полете на Марс в один конец человек получит летальную дозу. Это не значит, что он сразу погибнет, но критичную дозу получит. Помимо радиации: сигнал туда будет идти 20 минут, то есть связи не будет. Если на МКС возникает аварийная ситуация, у нас все отработано, мы в течение трех часов можем спуститься на Землю, в какую-то точку. Если улетим к Марсу, то в случае аварии уже никуда не спустимся. В общем, есть большой комплекс проблем, который на сегодня пока не решен. Я думаю, Марс – это вторая половина XXI века. А Луна реальна в ближайшие десятилетия. 

РАССКАЗАТЬ ДРУЗЬЯМ
Читайте также
«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»

Мировая премьера коллекции Даши Намдакова «Ясновидение» состоялась в Иркутске 12 июня. Мастер лично представил 16 деревянных скульптур-масок из сухой сосны. Почему премьеру коллекции перенесли из Венеции в Иркутск, как вышло, что автор не видел свои работы больше двух лет, и ради какого проекта Даши Намдаков продал дом в Англии?

«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»

Поговорили с документальным фотографом, автором нашумевшей выставки «Глубокая вода». В рамках проекта Антон Климов снимал Байкал, его жителей и гостей на протяжении девяти лет. Мы узнали, какие места удивили его больше всего и почему Байкал похож на его тестя.

«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»

Как архитектурный музей «Тальцы» связан с геологией? Кто из иркутских ученых подтвердил существование сверхматерика на Земле? Как геологи помогают прокладывать новые ветки метро? Спросили у выпускников геологического факультета ИГУ.

«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»

Камчадалка Алиса Воронова и сибиряк Георгий Шевчук стали первыми, кто пересек Байкал с юга на север на собачьей упряжке. За 13 дней команда из двух каюров и 14 собак преодолели 700 км на нарте по льду и снегу. Зачем собакам тапки и попоны, как команда осталась ночевать под открытым небом и что такое голосовое управление упряжки?

«Если не смотреть в иллюминатор, то как будто полгода живешь в гараже»