«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири
© Обложка: Первый Байкальский
10 февраля 2023 #экология #Иркутск

«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири

Уже несколько лет иркутские энтузиасты превращают потенциальный мусор – бутылки из-под вина – в стильный декор, посуду и сувениры. Мы поговорили с основателем ресайклинговой мастерской «После вина» Варварой Грачевой и узнали, как отмываются, запекаются и во что превращаются обычные бутылки

Марина Беклемишева Марина Беклемишева

Мода на производство различных товаров из вторсырья только набирает обороты в России. Однако в Иркутске уже есть успешный кейс. С 2020 года локальный бренд «После вина» выпускает тарелки, менажницы, стаканы, подсвечники и даже люстры из стеклянных емкостей, которые мы привыкли выбрасывать в мусорку. Сейчас мастера работают над новым проектом «Исчезающий Иркутск» – сувенирной продукцией с глубоким смыслом. О круговороте стекла, поиске тары и редких бутылках Варвара Грачева рассказала «Первому Байкальскому».

«Пекарня» для стекла

Свою первую мастерскую с говорящим названием «Плавим стекло» Варвара Грачева открыла в 2015 году. Изначально планировала создавать витражи и работать в технике фьюзинг (так называют спекание стекла в печи), но вскоре переключилась на винные бутылки:

– Когда работаешь со стеклом, не понимаешь, как можно взять и выбросить целую, красивую бутылку. Ведь этот материал можно использовать еще и еще. Я нашла классные примеры у западных коллег и начала экспериментировать.

В использованных бутылках Варвара разглядела идею для бизнеса
В использованных бутылках Варвара разглядела идею для бизнеса
Оказалось, что бутылка может стать стильной тарелкой или менажницей
Оказалось, что бутылка может стать стильной тарелкой или менажницей

Первые же опыты показали, что работа со вторсырьем полна рисков. Спекать между собой можно только материалы с одинаковыми техническими характеристиками. При покупке художественного стекла мастер знает коэффициент термического расширения и температуру плавления сырья. А со стеклом из-под бутылок Варваре и ее команде приходилось работать практически вслепую.

«Бывало и так: открываешь печь и понимаешь, что там сплошной брак. И чтобы отдать большой заказ, придется неделю работать бесплатно».

– У меня часто возникали мысли вообще отказаться от этой затеи, – признается хозяйка мастерской, – но от ресторанов поступали новые интересные заказы. Мы наработали опыт, поставили производство на поток и в 2020 году выделили переработку бутылок в отдельный проект «После вина».

Бутылочки не найдется?

Добыча вторсырья – это еще одна сложность, с которой столкнулась Варвара. Для экспериментов хватало собственных запасов и тары друзей, а вот для крупных заказов (например, ресторанов) порой необходимо было найти 200 бутылок разом. 
 
– Выход нашли сами заказчики: рестораны собирали тару, очищали ее и привозили нам, чтобы мы превратили мусор в столовый декор для эффектной подачи, – рассказывает Варвара Грачева. 

Новую форму бутылка приобретает в печи: при 800 градусах стекло становится податливым и сминается под прессом
Новую форму бутылка приобретает в печи: при 800 градусах стекло становится податливым и сминается под прессом

Со временем в Иркутске активно заработали пункты приема вторсырья, и вопрос с наличием тары практически решился. Сегодня среди партнеров проекта –  пункты приема вторсырья в Иркутске и Хомутово, иркутский «Собиратор» и экотакси. Между мастерской и поставщиками уже сложилась собственная система обозначений, по которым легко определить, подойдет ли бутылка для производства посуды или столового декора. 
 
– Из каких-то бутылок красивая посуда просто не получится, – объясняет Варвара. – Например, квадратные емкости в печи часто разрывает, потому что у них очень тяжелое дно. Сейчас я могу взглянуть на бутылку и сразу сказать, подходит она для производства или нет. 

«Я создаю из мусора ценность»

Чтобы начать работу над будущей тарелкой или стаканом, нужно вручную убрать со стекла этикетки и клей. Эта работа отнимает львиную долю сил и времени у мастеров. Иногда бутылку сложно очистить не от клея, а от самого вина. Из таких емкостей вряд ли получится сделать посуду, поэтому мастера просят ополаскивать бутылки перед сдачей в пункт сбора.  
  
– Купить на заводе чистую новую бутылку и сделать из нее тарелку – это в несколько раз дешевле, чем найти и забрать старую, почистить, тщательно проверить на сколы, трещины и переработать ее во что-то новое. Многие производители посуды идут по первому пути. Почему я так не делаю? Потому что тогда потеряется весь смысл моего дела, – говорит Варвара. – Я занимаюсь ресайклингом, переработкой вторсырья.

Я создаю из мусора ценность, а не покупаю материал, чтобы создать новый мусор.

Бутылочное стекло можно перерабатывать бесконечное количество раз. А это значит, что продукцию бренда «После вина» тоже можно сдать на переработку. 

В поисках «синего турмалина»

Среди огромного разнообразия винных бутылок есть особенные. Например, большой редкостью считаются изделия из синего стекла. Добыть этот материал сложнее всего: 

– Долгое время ни один пункт в Иркутске не принимал синее стекло на переработку. И чаще всего этот прекрасный материал был обречен стать вечным «украшением» свалок, ведь стекло не разлагается, – рассказывает Варвара. – Но сейчас в поисках редкого вторсырья нам помогает пункт в Хомутово, иркутский «Собиратор» и экотакси, теперь они принимают синее стекло. 
 

То самое редкое синее стекло, за которыми охотятся мастера
То самое редкое синее стекло, за которыми охотятся мастера

Еще одно необыкновенное стекло в мастерской прозвали «синим турмалином». Это бутылки сине-зеленого цвета, в которых в Иркутске продают всего два наименования вина. Такие находки становятся основой для  изысканных изделий – стильных менажниц или салфетниц причудливой формы. 
 
– Обидно, когда потрясающего цвета стекло облекают в уродливую форму, из которой невозможно сделать практически ничего, – сетует Варвара Грачева. – У нас в мастерской накопилось много синих бутылок из-под пива известной марки, но форма бутылок отвратительная, да еще и цифры на стекле отпечатаны. Но когда-нибудь у нас появится более совершенное оборудование, и их время придет. Поэтому мы им храним.

Круговорот стекла в Иркутске 

На переработку «После вина» берут только целые бутылки: без сколов, царапин и трещин. В производство идет каждая часть емкости. К примеру, тарелки и менажницы делают из целой бутылки, а вот после производства стаканов, подсвечников и ваз остаются верхушки. Их тоже пускают в дело: из горлышка можно изготовить кольцо для салфеток.

В месяц в мастерской перерабатывают порядка 500 бутылок. Больше пока не позволяет оборудование.

Случаются и экзотические заказы. Так, однажды из донышек винных бутылок получилась дизайнерская люстра.

Люстра из донышек винных бутылок
Люстра из донышек винных бутылок
Салфетница из пивной бутылки
Салфетница из пивной бутылки
Кольцо для салфеток из бутылочного горлышка
Кольцо для салфеток из бутылочного горлышка

Собственно, главный вопрос: как винная бутылка превращается в плоскую тарелку или изогнутую салфетницу? Такие преображения происходят в печи. Технологию формовки нагретого стекла называют моллированием (от латинского mollio – размягчаю, плавлю). 
 
– Мы ставим бутылку на нужную нам форму, отправляем в печь, где при высокой температуре стекло становится мягким, тягучим. А дальше действует сила земного притяжения. Стекло в жидком состоянии принимает нужную форму, – объясняет мастер. 
 
Затем стеклу нужно постепенно остыть. В общей сложности бутылки проводят в печи около 18 часов. Затем их вынимают, моют и проверяют на брак.

Стаканы изготавливают по другой технологии, в холодном цехе. С бутылок срезают верхнюю часть, затем стекло шлифуют и полируют. Все, что остается после работы, мастера сдают обратно в пункт приема (битое стекло тоже принимают на переработку).

Исчезающий Иркутск

Больше двух лет мастера вынашивали идею выпустить что-то по-настоящему иркутское, самобытное и небанальное. Так появился проект «Исчезающий Иркутск» – серия стаканов с деревянным кружевом. 
 
– Я обожаю деревянную часть Иркутска. Для меня это образ нашего города. Поэтому мы и решили взять за основу карнизы старинных домов, их интересные неповторимые узоры. А лучшим и самым функциональным сувениром из всей нашей линейки посчитали стаканы, ведь это универсальный предмет, ими пользуются все люди в мире. 

На глянцевые стаканы нанесли матовые узоры карнизов пяти иркутских деревянных домов-памятников.

При соприкосновении с водой матовый узор на стакане «исчезает»
При соприкосновении с водой матовый узор на стакане «исчезает»

Название серии родилось случайно. Когда художники начали мыть стаканы, заметили, что вода делает матовый узор практически невидимым, а после высыхания он проявляется вновь.
 
– Нам показалось это символичным. Он, и правда, постепенно исчезает, наш деревянный Иркутск, – задумчиво говорит Варвара. 

Для осуществления проекта «Исчезающий Иркутск» мастера запустили сбор на известной краудфандинговой платформе «Планета». Чтобы купить оборудование (шлифовально-полировальный станок) и разработать фирменную упаковку, им необходимо 123 тысячи рублей. По задумке авторов, стакан-сувенир будут продавать в индивидуальной перерабатываемой упаковке с QR-кодом, перейдя по которому можно прочитать об истории дома и значении узора на его карнизе. 

Поддержать проект можно любой суммой. Среди вознаграждений есть цветы из художественного стекла, мастер-класс по изготовлению картины из осколков, скидка 20% на любую продукцию «После вина» и, конечно, стаканы с деревянным кружевом. На момент публикации проект «Исчезающий Иркутск» собрал 34% необходимой суммы.

Ресайклинг – это прибыльно? 

Как показывает опыт иркутян, на переработке мусора можно построить бизнес. Варвара Грачева отмечает, что у проекта «После вина» есть прибыль и постоянные заказчики. Локальный бренд снабдил посудой и столовым декором уже 10 крупных заведений Иркутска. Некоторые рестораны заказывают посуду стабильно раз в год.

Обратная сторона изделия. Она становится зернистой из-за огнеупорного разделителя. Его используют, чтобы стекло не прилипло к основанию печи
Обратная сторона изделия. Она становится зернистой из-за огнеупорного разделителя. Его используют, чтобы стекло не прилипло к основанию печи

– Пока что на доходность от бизнеса не получается купить новое оборудование, поэтому мы участвуем в грантовых программах, запускаем краудфандинг, – объясняет автор проекта. – Мы всегда в поисках продукта, который «зайдет», а заходит не все. 

В частности, небольшим спросом пользуются вазы, салфетницы и подсвечники, их изготавливают только под заказ. А вот стаканы, тарелки и менажницы стали хитами. 

Изделия ресайклинговой мастерской «После вина» можно заказать через соцсети, бренд представлен на маркетплейсах и в сувенирных магазинах Иркутска. Кстати, если прийти в мастерскую со своими чистыми бутылками, то из них вам сделают тарелку или менажницу со скидкой 20%.

РАССКАЗАТЬ ДРУЗЬЯМ
Читайте также
«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири

Электромобиль лучше обычного авто? Бумажные стаканчики и пакеты безвредны для окружающей среды? Если носить хлопок и экокожу, можно спасти планету? Разбираем распространенные мифы об экологии с экспертами.

«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири

Куда сдавать вторсырье и ненужную одежду, что делать с лишней едой и старыми книгами и как можно позаботиться о Байкале – рассказываем в обновленном «зеленом» путеводителе по Иркутску.

«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири

Как спланировать каникулы на природе без вреда для нее? Можно ли отнести посещение фермы или тур на квадроциклах к экотуризму? Как превратить обычную пробежку в экологичную? Спросили у Валентины Межецкой, автора книги «Походы без вреда для природы».

«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири

Если вы не готовы выложить 100 тысяч за поездку на Байкал, присмотритесь к добровольческим программам. На лето набирают волонтеров для кольцевания птиц, создания арт-парка, работы в экоцентре и строительства туристических троп. Места на некоторых проектах уже заканчиваются.

«Это все, что останется после вина»: история экомастерской из Сибири