pic
pic
5 ноября #спирогира

Детектив о спирогире: действительно ли водоросли стало меньше

В сентябре разлетелись новости о том, что зеленой водоросли спирогиры, которая отравляет Байкал, стало меньше. Первый Байкальский разобрался, так ли это...

В середине сентября ТАСС сообщило о радостной и в то же время интригующей новости — «Водоросли спирогиры, активно разраставшейся в Байкале в последние годы и, как отмечали защитники природы, угрожавшей озеру заболачиванием, в 2018 году стало заметно меньше».  Новость немедленно разнесли многие региональные СМИ, близкие к Байкалу территориально.  Однако у нас тут же возник вопрос — почему вдруг ее стало меньше, если в предыдущие годы отмечался исключительно рост биомассы зловредной водоросли, и куда она делась? И мы предприняли свое небольшое расследование… 

Интрига сразу обозначилась в том, что иркутские экологи не смогли подтвердить это утверждение. Марина Рихванова, одна из основателей общественного движения «Байкальская экспедиция», которая уже больше десяти лет занимается именно проблемой роста количества спирогиры, сообщила:

- Сказать точно, стало спирогиры больше или меньше, просто невозможно. В Северобайкальске ее убрали с берега — она снова появилась. На южном Байкале она под водой, нужно нырять и смотреть. Говорят, она не размножается, когда холодное лето, но мы заметили, что в Листвянке она уже приспособилась к низким температурам, у нее появилась другая жизненная форма, и она нормально себя чувствует даже при +3 градусах воды. Нужны регулярные наблюдения, которые никто не ведет. Ученые собирают какую-то статистику для своих целей, но систематично за распространением никто не наблюдает.

Еще более категорична была Елена Творогова, эколог-общественник, президент Фонда «Возрождение Земли Сибирской»

Елена Творогова: Чтобы позволить себе утверждения, что «спирогиры в Байкале стало меньше» или, наоборот, «больше», нужно, чтобы было, с чем сравнивать. Поймите, Байкал очень большой. Распространение спирогиры имеет массовый характер, им задеты мелководные бухты по всему периметру озера. Но количественных оценок никто не делал — каков объем, какова площадь, занятая спирогирой. Есть локальные наблюдения и оценки. Этим занимались сотрудники Лимнологического института — они ныряли с аквалангами и делали обзор, но не высчитывали, сколько это весит в граммах или тоннах. Этим занимались наши друзья из МГУ в рамках «Байкальской экспедиции». При этом нужно понимать — задачи оценить объем не ставилось. Нужно было отметить на карте, где она есть, определить видовой состав — это отдельный вид водоросли или несколько видов.

Первый Байкальский: Почему же никто еще не провел такие исследования?

Елена Творогова: Для оценок объемов и площадей нужны методики, требующие огромных временных, человеческих и финансовых затрат. Лето у нас короткое. Все, что цветет в воде, растет только с повышением температуры. То есть даже само наличие или отсутствие в воде водорослей в течение одного теплого сезона может зависеть от многих факторов — времени наблюдения, температуры, погоды…

Первый Байкальский: А вы можете, наоборот, опровергнуть утверждение, что спирогиры стало меньше? У вас есть данные этого года?

Елена Творогова: Делать заключения о количестве спирогиры в Байкале и его изменении крайне некорректно. Смотрите: если вы несколько лет подряд выезжаете в одно и то же место на берегу Байкала и в один и тот же период проводите измерения, то вы сможете сказать — «В этом году было больше на 30%, чем в прошлом». Но это будет касаться только одной точки на берегу огромного озера. Мы не можем это экстраполировать ни на всю акваторию, ни даже на соседние площадки. Даже в одной бухте могло в прошлом году быть все в спирогире, а в этом году не быть ее вообще. А все просто потому, что этим летом туда туристы не приехали, — а мы помним, что спирогира является индикатором загрязнения. 

Центральное информационное агентство страны ссылалось на слова руководителя Общественной организации «Бурятское региональное отделение по Байкалу» Натальи Тумуреевой: «Мы проводили наблюдения. В этом году спирогиру обнаружили только на севере озера, у Северобайкальска». В поисках истины пришлось обратиться к первоисточнику. Разгадка оказалась неожиданной.

Первый Байкальский: Вы действительно это утверждали?

Наталья Тумуреева: СМИ распространили то, что вырвали и переписали из моей статьи. В ней я не говорила, что в Байкале стало меньше спирогиры. Я сказала, что мы обнаружили ее только в одной из проб, взятых в пяти местах озера, — объяснилась руководитель «БРО по Байкалу» Наталья Тумуреева. — Но это вовсе не показатель: все знают, что эта водоросль реагирует на температуру, и это значит, что лето было холодным.

Первый Байкальский: О чем вы рассказывали в той статье?

Наталья Тумуреева: Я вообще говорила о другом — о необходимости вести общественный мониторинг. У нас есть проект, по которому этим летом было обследовано несколько точек — Гремячинск, Горячинск, Энхалук, Турка и Северобайкальск. Спирогиру нашли только в одном месте, на северном Байкале. Но нужно понимать общую ситуацию. Это не значит, что теперь все в порядке. У нас в Энхалуке несколько прошлых лет постоянно была спирогира. В этом году — нет, но зато появились другие водоросли. То есть водорослей — разных, других — стало больше! И этот процесс нужно изучать. И мы сейчас взяли пробы и пытаемся определить виды этих водорослей. А то у нас сейчас все, что зеленое, — это спирогира. Спирогиру сейчас изучают все, включая ученых-лимнологов. А наша задача как общественников — привлечь внимание к тому, что на Байкале сейчас расцветает множество других водорослей, с нехарактерным периодом цветения. Например, нитчатые водоросли на камнях раньше появлялись только в августе, а сейчас их можно наблюдать и в июле, и даже в конце июня. Это — не спирогира, и нужно выяснить, что это и почему она растет именно сейчас.  

«Общественный мониторинг» — проект, который начался в Бурятии в этом году. Инициативная группа объехала весной прибрежные точки и работала с местным населением — в основном с учителями и школьниками. Главная задача — привлечь местное население к сбору информации.

Очень важно, что никто, кроме местных, не знает самого главного — точных периодов появления и цветения водорослей, когда происходят изменения в Байкале. Это видят только те, кто живут на берегу Байкала, они могут это фиксировать, отмечать периодичность, повторяемость каких-то событий, зависимость от погоды, температуры

 Наталья Тумуреева

- Проект идет сложно. Нельзя сказать, что наши предложения местные воспринимают на «ура». Это длительная работа с преподавателями и школьниками. Не за одно лето становление. Прошла пробная поездка, предварительно договорились со школами, с конкретными людьми, которые отбирают пробы и присылают мне в Улан-Удэ. Здесь они анализируются. Все это в процессе, результатов пока нет, — подчеркнула Наталья Тумуреева.

РАССКАЗАТЬ ДРУЗЬЯМ
Читайте также
pic

Проект «Экологический автобус» знакомит маленьких жителей России с Байкалом и учит, как бережно обращаться с ним. Мы побывали на одном из таких экорейсов и узнали, что думают дети, которые мечтали увидеть великое озеро.

pic

Нет компании, не знаю, с чего начать, никогда не была в походах — это только несколько причин, по которым вы все еще не стали волонтером. Автор нашего нового #дневникволонтера Екатерина рассказала, как ей удалось побороть собственные страхи и приехать на Байкал из Москвы, чтобы сделать озеро чуточку чище.

pic

Продолжаем делиться историями о том, как волонтеры помогают Байкалу. На этот раз #дневникволонтера для Первого Байкальского написали Александр Слученков и Анастасия Малахова, которые в начале сентября отправились на Ольхон вместе с проектом ББТ спасать родники Байкала.